[ИНТЕРВЬЮ С КРУПНЫМИ ТРЕЙДЕРАМИ] АНТЕ БЕЙСИК

[ИНТЕРВЬЮ С КРУПНЫМИ ТРЕЙДЕРАМИ] АНТЕ БЕЙСИК



Анте Бейсик
Партнер-основатель и консультант по вопросам инвестиций в компании Trigon

Анте Бейсик рассказывает о стратегии торговли иностранной валютой, разработанной компанией Trigon – систематической стратегии, цель которой заключается в получении прибыли от волатильности выбранной основной валютной пары или валютной пары, состоящей из доллара и валюты развивающихся стран. Он также рассказывает, как компания реализует три уровня управления рисками для программы торговли валютами.

Должность Консультант по вопросам инвестиции в компании Trigon
Стратегия Программа торговли валютами, разработанная компанией Trigon
Местонахождение Нью-Йорк
Активы под управлением Программа торговли валютами на сумму 127 млн USD (в обще сложности активы составляют 580 млн USD)
Вид Краткосрочная и среднесрочная систематическая торговля
Стиль Торговля на пробоях
Инструменты Спотовые валютные сделки/форвардные сделки
Торгуемые валюты Основные валютные пары и валютные пары, состоящие из доллара и валют развивающихся стран


В:
Как долго вы торгуете на валютном рынке, и что впервые привлекло вас к этой отрасли? Расскажите нам о становлении вашей карьеры?
О:
В колледже мне посчастливилось работать по совместительству на Американской фондовой бирже, выполняя функции программирования и бэк-офиса для нескольких независимых трейдеров, торгующих опционами. Мое знание рынка было в лучшем случае ограничено, но я быстро освоил количественную сторону бизнеса. Мне не потребовалось много времени, чтобы решить, что это было именно то, чем бы я хотел заниматься, поэтому я переключился с проектирования на финансирование. Я торгую валютами с начала 1990-х годов, после вступления в Chase Manhattan Bank и завершения его программы обучения торговли на рынках. Я проработал в Chase с 1990 по 1996 год в группе по разработке стратегий для глобальной торговли, где в мои обязанности входило управление портфелем, а также исследования и разработки систематических и количественных торговых стратегий. После Chase я стал одним из основателей глобальных стратегий на рынке капитала, консультантом и товарным торговым советником, где я продолжал торговлю иностранными валютами. В 2000 году я присоединился к семейному офису, где я, в конечном итоге, встретил своего текущего бизнес-партнера, Пола Мастродди.

В:
Что вам особенно нравится в вашей работе?
О:
Мой партнер и я провели всю свою карьеру в окружении различных рынков, и мы обнаружили их интеллектуально стимулирующее влияние. За последние 10 лет мы имели возможность владеть и управлять нашей компанией, и это принесло новый и полезный аспект в наших интересах к торговле.

В:
Как торговля валютами отличается от торговли другими финансовыми инструментами?
О:
Многие валюты (основные валютные пары, и особенно те, которые связаны с долларом) являются одними из самых ликвидных финансовых инструментов, они торгуются большими объемами и имеют узкие спреды. Это помогает сократить операционные издержки и повысить контроль за рисками, минимизируя гэпы в ценовом движении. Кроме того, каждая валюта имеет свой собственный ритм движения, и класс активов в целом обычно слабо коррелирует с другими классами активов. Кроме того, отдельные валюты часто торгуются независимо друг от друга. Конечно, бывают случаи, когда финансовые рынки фокусируются на одном конкретном событии, таком как Европейский кризис государственного долга, и корреляции очень резко растут. Но в обычное время валюты часто торгуются несколько независимо друг от друга.

В:
Когда и как была основана Ваша компания?
О:
Компания Trigon была создана в 2002 году; я и мой друг, Пол Мастродди, являемся ее основателями. Пол и я впервые встретились приблизительно за 2 года до этого, когда мы совместно управляли портфелем для семейного офиса. Пол – экономист по образованию, кандидат экономических наук Йельского университета, в прошлом управляющий директор и главный экономист США, более 10 лет работавший в компании JPMorgan. За годы своей работы в JPMorgan Пол был оценен институциональными инвесторами и Гринвичской ассоциацией как один из лучших экономистов на Уолл-стрит. До встречи со мной Пол управлял финансовыми потоками в компаниях Omega Advisors и Moore Capital. Пол и я, каждый из нас принес уникальные навыки в семейный офис, который позже дал нам возможность запустить компанию Trigon. Время, проводимое нами в семейном офисе, было полезным и ценным. Приобретенный там опыт помог нам запустить в 2002 году компанию Trigon с первоначальным капиталом, вложенным нашей семьей. Мы выбрали название компании, чтобы подчеркнуть три стратегии, которые мы используем в своей торговле: систематическую стратегию, используемую нами в нашей программе торговли валютами, и две дискреционные стратегии, которые мы предлагаем в рамках нашей дискреционной макро-программы. Сегодня мы управляем примерно 127 миллионами долларов в нашей программе торговли валютами и примерно 450 миллионами долларов в нашей дискреционной макро-программе.

В:
Какова структура вашей компания на сегодняшний день в плане количества сотрудников и офисов?
О:
У нас относительно небольшой, тесно сплоченный коллектив из 7 человек, находящийся в центре Нью-Йорка. В дополнение к моим партнером и ко мне, которые являются портфельными менеджерами, у нас имеется один трейдер, оперативное подразделение из трех человек и персонал службы бухгалтерского учета, а также один человек по развитию бизнеса. Мы также используем консультантов по технологии и сторонних поставщиков услуг в юридической сфере, бухгалтерском учете, аудите и управлении.

В:
Какие позиции вы считаете ключевыми для управляющей компании на валютном рынке?
О:
Вы, должно быть, подумали, что мой ответ будет слишком прост, но я бы сказал, что все позиции являются ключевыми. Хотя все начиналось с работы двух портфельных менеджеров – моего друга и меня – персонал, ответственный за исполнение торговли, соблюдение и эксплуатацию, имеет решающее значение в успехе нашей организации, в то время как маркетинг и развитие бизнеса важны в плане общения с нашими клиентами.

В:
Какие органы регулируют компанию?
О:
Компания Trigon является членом Национальной фьючерсной ассоциации и вместе с Комиссией по торговле товарными фьючерсами зарегистрирована в качестве оператора товарных пулов и консультанта по торговле на фьючерсных рынках.

В:
Вы являетесь ответственным лицом программы торговли валютами. Как бы вы описали свою инвестиционную стратегию?
О:
Программа торговли валютами (ПТВ), разработанная компанией Trigon, выделяет 100% капитал для валютной стратегии компании Trigon, систематической стратегии, цель которой заключается в получении прибыли от волатильности выбранной основной валютной пары и валютной пары, состоящей из доллара и валюты развивающихся стран. В модель, которую мы используем в своей стратегии, входят два модуля: краткосрочный, со средней продолжительностью торговли около трех дней, и среднесрочный, со средней продолжительностью торговли около трех недель. Это позволяет модели получить возможную прибыль как от трендового, так и от контртрендового движения цены. В обоих модулях модель использует собственную методологию оценки волатильности по отношению к своим историческим нормам. Модель открывает позицию, только когда считается, что волатильность находится в пределах заданных значений – это приводит к большему размеру позиции для данного значения риска. Теоретическое обоснование методологии состоит в том, что волатильность является средне-возвратной и направленной торговой системой, эффективно воспроизводящей длинные позиции с заданными настройками.
Каждая индивидуальная позиция имеет ограничение потерь, которое регулируется скользящим стопом, но неограниченный потенциал прибыли.
Просадки в этом контексте можно рассматривать как эквивалент временной премии. Мы считаем, что преимущественный анализ волатильности в нашей модели – это ключ к решению проблемы просадок (отслеживание волатильности, на наш взгляд, улучшает соотношение риска к прибыли для данной торговой модели).

В:
Как вы создавали и развивали свою текущую стратегию управления капиталом на валютном рынке? Менялась ли она с течением времени, и если да, что вас заставило изменить ее?
О:
Теоретическое обоснование модели, которую мы используем сегодня в программе торговли валютами, было разработано нами в Chase Manhattan Bank в начале 1990-х годов, и с тех пор я постоянно использую эту модель. Изучение и диагностические исследования – это непрерывный процесс, который позволяет понять атрибуцию производительности программы, а также защитить ее от структурной деградации. Изменения осуществляются лишь изредка, когда в структуре обнаруживается слабое место, определяемое с помощью диагностического, а не оптимизационного анализа. Тем не менее, в течение последнего десятилетия наша программа не претерпевала никаких серьезных изменений.

В:
Как вы управляете рисками в своей компании?
О:
Управление рисками – это абсолютный ключ к долгосрочному успеху для любого управляющего капиталом. Мы знаем работу нашей системы, но мы также знаем, что будут периоды, когда рыночная среда не будет способствовать нашей методологии, и, таким образом, контроль риска является ключевым звеном. Для программы торговли валютами мы реализуем три уровня управления рисками. Во-первых, открытые позиции контролируются на уровне портфеля, следовательно, максимальная просадка для всей программы в кризисной ситуации строго ограничена (все стопы устанавливаются на период 24-часа). Кроме того, ограничивается максимальное плечо, что обеспечивает еще одно звено управления рисками на уровне портфеля. Во-вторых, риск распределяется между среднесрочными и краткосрочными компонентами модели. Эти два компонента имеют низкую корреляцию с течением времени. И, в-третьих, на уровне торговли, позиции являются взвешенными по волатильности, что ограничивает риск для портфеля со стороны любой позиции. Система использует скользящий стоп, который ежедневно корректируется. В среднем, риск на одну сделку, как правило, составляет немногим меньше 50 базисных пунктов. Контроль рисков не ограничивается правилами торговли программы. Надежное исполнение торговли и операций, а также ситуационное планирование являются крайне важными. Мы разработали план действий для решения этих проблем и постоянно пересматриваем их.

В:
Не могли бы вы предоставить нам пример торговли, которую вы, возможно, реализовали в прошлом, но которую бы вы не повторили сегодня? Какие наиболее важные уроки вы вынесли из последних торговых решений?
О:
Хотя у нас в прошлом, безусловно, были периоды потерь, я надеюсь, мы больше не будем подвергаться таким испытаниям, поскольку все сделки нашей систематической торговли определяются на основе модели, таким образом, потери не являлись результатом «неправильного» решения. Один урок, который я вынес, это удержаться от соблазна исправить модель во время полосы неудач, когда взлеты и падения являются нормальной частью систематической торговли. Кроме того, я никогда не пытаюсь «отбирать наилучшую торговлю», так как программа является 100% системной в выборе точек входа и выхода.

В:
Используете ли вы комбинацию своих стратегий или только какую-то одну из них?
О:
Я бы сказал, что наша модель по определению представляет собой единую стратегию, но имеет две составляющие, которые сосредоточены на различных таймфреймах.

В:
Каковы рыночные условия, которые вы считаете идеальным, и какие из них являются наиболее сложными для исполнения вашей стратегии?
О:
Наша модель, как правило, работает лучше в периоды циклической волатильности (которая, как правило, производится вследствие консолидации с последующим ценовым пробоем). Тренды помогают среднесрочному компоненту преуспеть, но краткосрочный модуль может преуспеть и без тренда, до тех пор пока существует некоторая консолидация цены, следующая спустя несколько дней после стремительного ценового ускорения. Жесточайшая среда для модели является одной из устойчивых, которая изматывается волатильностью. Еще один сложный параметр для методологии, когда корреляция между валютами резко возрастает, уменьшая их независимое ценовое движение. За последние 12 лет мы видели хорошие результаты от программы торговли валютами в периоды с 2001 по 2003 год и с 2008 года по настоящее время, времена, когда волатильность была нормальный или повышенной по сравнению с периодом с 2004 по 2007 года, когда волатильность неуклонно снижалась и, в конечном итоге, упала до исторического минимума.

В:
Можете ли вы рассказать нам пример своего памятного выигрышного торгового решения?
О:
Нашим лучшим торговым решением, вероятно, является наш выбор придерживаться долгосрочного плана и противостоять внесению изменений в модель на протяжении нескольких лет слегка отрицательной эффективности в середине 2000-х годов. Волатильность на валютном рынке неуклонно снижалась с 2004 до середины 2007 года, достигнув рекордно низкого уровня. Эта среда была сложной для нашей методологии, тренды в ней были настолько скудными, что было трудно осуществить даже краткосрочную торговлю. Мы рассматривали падение волатильности временным явлением, учитывая, что волатильность имеет сильные средне-возвратные свойства даже при том, что она длилась гораздо дольше, чем мы ожидали. Наши диагностические исследования, а также наша качественная оценка не подтверждает никаких структурных изменений, что указывает на то, что длительный переход к новому режиму волатильности шел полным ходом. Кроме того, экономика испытывала аналогичные и даже более тяжелые времена. Когда, начиная с середины 2007 года, волатильность возвращалась, наша модель исполнялась в том русле, как было нами задумано, и это было очень сильное движение, наша чистая прибыль за 2008 год составила 25% за вычетом комиссии, в результате чего мы решили не вносить изменений в свою модель. Мы считаем, что для нашей методологии очень важно обеспечить предсказуемые результаты для наших инвесторов. Среда, которая началась в середине 2007 года, является той средой, в которой наши инвесторы могут полагаться на нашу программу и ожидать от нее лучших результатов, и мы рады, что они оправдали свои ожидания. Наша приверженность к сдерживанию от поспешных изменений методологии модели, конечно, не мешает нам вносить изменения, если наши постоянные диагностические мероприятия выявляют, что они явно необходимы.

В:
Используете ли вы валюты стран с переходной экономикой? Считаете ли вы, что индивидуальные трейдеры должны использовать их, учитывая, что они не должны слишком беспокоиться о проблемах их ликвидности?
О:
Наша программа использует для торговли фиксированный набор из десяти валютных пар, включая две валюты стран с переходной экономикой – сингапурский доллар и южноафриканский ранд. За последнее десятилетие у некоторых валют развивающихся стран ликвидность резко улучшилась. Мы продолжаем отслеживать возможности получения прибыли от добавления дополнительных валютных пар с учетом рыночных условий и потребностей в ликвидности, связанных с размером активов под управлением.

В:
При разработке стратегии вы отдаете более высокое предпочтение сигналам входа, сигналам выхода или правилам управления капиталом?
О:
Сигналы входа, сигналы выхода и правила управления капиталом – все это важно. Но мы превыше всего ставим правила управления капиталом. Конечно же, конечной целью инвестиционных программ является рентабельность. Но, на наш взгляд, первостепенное значение имеет защита от чрезмерной дневной волатильности и недопустимо больших просадок. Ограничение просадок позволяет выигрышным полосам поднять эффективность до новых максимумов. Например, наша программа ненамного недовыполняла свой высокий уровень в 2007 году, что позволило ей быстро прорваться к новым максимумам своей инвестиционной эффективности в 2008 году. Мы ожидаем, что наши модели будут лучше работать в одних рыночных средах и хуже в других, тем не менее, во всех средах мы ожидаем, что предсказуемая дневная волатильность и циклы просадки являются более важными, чем сигналы для входов и выходов. Мы считаем, что все три уровня управления риском, заложенные в нашей программе, выполняют свою функцию.

В:
Считаете ли вы, что каждая стратегия рано или поздно теряет свою точность, или вы верите в долгосрочные рыночные правила? Была ли у вас когда-то стратегия, которая вновь стала прибыльной после длительной фазы потерь?
О:
Определенно есть периоды, когда наша модель не работает столь хорошо, но я бы не стал говорить, что она теряет свою точность. Полагаю, что инвесторы часто думают, что стратегии теряют точность, когда они не обеспечивают положительных результатов, но, будучи систематически торгующим трейдером, независимо от вашей модели вы будете испытывать периоды, в течение которых будет казаться, что она не работает. Наша модель основана на базовой теории и неоптимизированных параметрах, которые имеют возможность адаптироваться к меняющимся условиям рынка в течение длительного периода времени, и мы ожидаем, что она будет надежной в долгосрочной перспективе. Я думаю, что ключ к долгосрочному сотрудничеству с клиентом является образование и средства общения. Для систематически торгующего трейдера, наша модель основана на наборе правил, и поэтому, если у клиента есть общее понимание наших правил, мы становимся несколько предсказуемыми.

В:
Придерживаетесь ли вы в своей стратегии какого-либо определенного таймфрейма? Какова средняя продолжительность и частота вашей торговли?
О:
Как я уже говорил, наша модель состоит из двух компонентов, которые сосредотачиваются на различных временных периодах. Краткосрочный компонент имеет среднюю продолжительность торговли около трех дней и предназначен для получения прибыли от коротких всплесков ценового движения и контр-трендовых движений, в то время как среднесрочный компонент предназначен для участия в устойчивых ценовых трендах и имеет среднюю продолжительность торговли приблизительно три недели. Что касается нашей торговой частоты, наши программы торговли валютами составляют около 200 позиций в год, или примерно 1000 полных транзакций в эквивалентах международного валютного рынка.

В:
На что должен обращать внимание неопытный трейдер при выборе таймфрейма?
О:
Любой таймфрейм может быть успешным при условии, что система разработана должным образом, и ее свойства хорошо изучены. Наш главный совет для неопытного трейдера заключался бы в том, чтобы ему необходимо построить систему, которая бы согласовывалась с его толерантностью к риску. Некоторые люди могут пережить большие просадки и значительную дневную волатильность, в то время как другие вовсе не расположены к таким колебаниям.

В:
Какое среднее и максимальное кредитное плечо вы обычно используете?
О:
Соотношение маржи к собственному капиталу в нашей программе торговли валютами может варьировать от 0 до 20% и в среднем составляет примерно 10%. Максимальное плечо, используемое нашей моделью 1:4, а среднее – примерно 1:2.

В:
Сколько брокеров-исполнителей вы используете? Как вы разделяете исполнение ордеров между электронным и голосовым вариантом?
О:
В настоящее время мы используем 9 брокеров-исполнителей, включая крупные банки. Мы распределили исполнение ордеров на основе нашей оценки ликвидности рынка, показателей исполнения ордеров дилером и размера ордера.

В:
Какие исторические данные вы используете при разработке своей стратегии? Насколько они важны?
О:
Достоверная информация имеет решающее значение в построении моделей. Данные должны быть точными и без гэпов. Когда в начале 1990-х годов я начал свое исследование в систематической торговле, было трудно и дорого найти достоверные данные. Построение базы данных было трудоемким процессом, а исходные данные, как правило, требуют достаточного «приведения в порядок». В настоящее время, достоверные базы данных являются относительно недорогими и распространенными.

В:
Какое программное обеспечение вы используете при исследовании, определении риска и для функций согласования?
О:
Для исследования и определения риска мы используем Visual Basic, Excel и различные услуги предоставления данных, такие как Bloomberg. Согласование торговли всегда были автоматизированы, и для согласования торговой информации с клиринговыми брокерами мы используем программный модуль MHedge.

В:
Какие возможности и риски вы видите при сверхвысокой частоте торговли для менеджеров валютного рынка?
О:
Мы не фокусируемся на сверхвысокочастотной торговле.

В:
Какое влияние оказывает ликвидность на эффективность вашей стратегии? Изучили ли вы уже, до какого лимита АПУ позволят вам вырасти ваши стратегии?
О:
Ликвидность вряд ли ограничит рост нашей программы, поскольку рынок иностранной валюты является одним из самых ликвидных классов активов. Кроме того, мы планируем расширять нашу программу и торговать большим количеством валют в связи с резким увеличением среднего размера торговли, связанного с ростом АПУ. Мы полагаем, что в нашей программе мы сможем торговать объемом до 500 млн USD без серьезных изменений в инфраструктуре.

В:
Какова сильная сторона вашей команды?
О:
Сильной стороной нашей программы торговли валютами являются следующие: (1) открытие длинной позиции с положительной доходностью и контролируемой волатильностью; (2) мы не торгуем на тихом рынке; (3) использование индикатора волатильности, который осуществляет начало торговли более селективно; и (4) использование краткосрочных и среднесрочных торговых модулей для улучшения возможности получения прибыли в различных торговых условиях. Наша команда включает опытных сотрудников и низкий оборот средств. У нас большой опыт совместной работы. Мы с моим партнером торгуем вместе с 2001 года, и это позволило нам учиться друг у друга и стать взаимозаменяемыми в управлении всеми аспектами компании. Двое наших сотрудников работают с нами с 2004-2005 года, все остальные стали членами нашей команды в течение последних трех лет.

В:
Какой самый ценный совет вы бы дали трейдерам, которые планируют управлять капиталом на валютном рынке?
О:
Начать работу в данном бизнесе можно разными способами. Могу лишь сказать, что мой друг и я начали свою деятельность в крупных банках, и мы оба считаем, что такие учреждения способствуют интенсивному и обширному обучению работе на рынках, поскольку информация предоставляется непосредственно от опытных и высококвалифицированных специалистов.